Воры, проститутки и бродяги Питера. Где обитают, чем кормятся, как их много? Если интересно - читаем здесь.
Полицейская статистика Петербурга удручает. За год в полицию доставляется более 150 000 горожан! То есть, каждый шестой житель. Большую часть из них, разумеется, составляют не аресты, а простые задержания с краткосрочной отсидкой в «клоповнике» (камеры при частях традиционно славятся особо лютыми кровососущими). Но всё равно цифры впечатляют.
В полуторамиллионном Париже количество всех арестованных и задержанных не превышает 35 000 человек! Однако наши ужасающие полтораста тысяч не дают ещё полной картины. В них отсутствуют арестованные военнослужащие, а также сидельцы долговой тюрьмы.
Между тем, гарнизон столицы, вместе с военно-учебными заведениями, насчитывает 80 000 штыков и сабель. По косвенным сведениям, каждый десятый из служивых в течение года оказывается за решёткой. А с добавкой осуждённых к наказанию мировыми судьями (за мелкие преступления) жертвой Фемиды ежегодно оказывается — страшно выговорить — каждый четвёртый петербуржец.
Самое жуткое место в городе находится именно здесь — это печально известный «Малинник». Так называется обычный на вид трёхэтажный, жёлтого окраса дом на Сенной площади позади гауптвахты. Находясь между Конным и Спасским переулками, дом этот (имеющий почтовый нумер 3) отлично знаком полиции уже не один десяток лет. Третий этаж здания и дворовые флигели поделены общим счётом на 14 квартир, в каждой из которых помещается свой отдельный публичный дом. Распутные женщины из этих конур относятся к числу наиболее дешёвых в городе. Ниже их стоят только жительницы подвалов Таирова переулка, да совсем пропащие сильфиды Гавани.
В Петербурге официально числится 4700 проституток, на самом деле их вдвое больше; многие «нелегалки» живут и работают в районе Сенной площади. Честных обывателей в «Малиннике» мало — гуляет в той или другой степени, но преступный элемент. На удивление многочисленны солдаты, худшие, конечно; хороший солдат сюда не пойдёт. Имеются непременно дезертиры из нижних чинов, а так же спившиеся офицеры (был даже один полковник).
Ещё чаще попадаются «красные» — воры всех уважаемых специальностей. Эта публика часто бывает при деньгах и потому пользуется особым почётом у прислуги. По углам с утра до вечера, как пауки возле своих сетей, высиживают «блатер-каины» (скупщики краденого).
Громилы, кстати, составляют третий и самый опасный элемент «Малинника». Сидят они обычно группами, о чём-то беседуют и допьяна не напиваются. Им ещё работать! Добавьте к этим перечисленным категориям мелкую шпанку и гулящих женщин (последних, впрочем, в одну половину трактира не пускают), и весь пасьянс налицо.
«Малинник» — одно из немногих мест в городе, где могут убить даже днём, и свидетелей никогда не сыщется.
На другой стороне Сенной, отгороженная от неё огромным домом Котомина, бывшим Полторацкого, расположена «Вяземская лавра» «Стеклянный флигель», в котором на страшном третьем этаже обитает преступная головка Санкт-Петербурга. Близость к Малому Полторацкому дому, имеющему выходы на Горсткину улицу и Сенную площадь, делает облавы здесь бессмысленными.
Так же ловки старосты тряпичных артелей: за считанные часы в их мастерских краденое платье перешивается неузнаваемо, и сыщикам уже нечего ловить. Нетронутыми остаются бандитские притоны, где громилы днём едят, пьют, играют в карты, пользуют женщин — а ночью выходят на кровавый промысел. А как их отыщешь, если в «Вяземской лавре» в тёплое время года проживает до 20 000 человек!
Через дорогу от Обуховского дома, отделённый, как остров, от квартала узким Таировым переулком, стоит дом Дероберти. Тоже знаменитость в своём роде: в его полуподвальном этаже проживают самые разбитные во всей Спасской части девки. И днём и ночью стоят они в дверях своего притона или сидят прямо на панели, поджав ноги, полуодетые и размалёванные. Смеются, зазывают прохожих, а то и поют песни…
При виде их порядочного человека охватывает сначала оторопь (разве такое возможно в столице?), а затем отвращение. Вот только порядочные люди ходят по Сенной площади редко, а нетребовательные аборигены валом валят в гостеприимный полуподвал. Ещё более грязные дела творятся в верхних этажах.
Если пройти всю Сенную площадь от Спаса к Никольскому рынку, то за Юсуповским садом опять начинаются злачные места. Сразу после парка с фонтаном открывается налево жуткий Малков переулок. Это своего рода отделение «Вяземской лавры», только меньше размерами. Имеется здесь и свой бастион — «Пироговская лавра»: огромный, во весь квартал, дом, выходящий окнами на Ново-Александровский рынок. Обитатели Малкова переулка все сплошь алкоголики и воры, зато здесь, почему-то, совсем нет проституток.
Согласно переписи 1881 года, в Петербурге проживает 861 920 человек. Ещё 66 700 человек числятся в трёх пригородных участках: Петергофском, Лесном и Полюстровском. Итого общая численность населения столицы приближается к миллиону.
Это только часть текста в описании дна Петербурга 19-го века. Если у вас есть желание прочитать этот текст полностью, в красках, с описанием названий всех профессий воров, разбойников, убийц и каст проституток - кликните на эту ссылку.
Николай Свечин «Выстрел на Большой Морской». Отрывок.
МНОГОНАДО.net
11 октября 2025
